«Когда очевидцы молчат, рождаются легенды»

Знаменитости
Виталий Орлов
Печать
(6 голоса, среднее 4.50 из 5)
Share

erenburg-1Эти слова Ильи Григорьевича Эренбурга, 120-летие со дня рождения которого отмечалось 27 января 2011 года, вспоминаются, когда смотришь фильм Марии Герштейн «Разведка боем. Встреча с Эренбургом».

Судя по ее возрасту, Мария — режиссер фильма, оператор, продюсер etc — вряд ли может помнить газетные баталии, развернувшиеся в советской прессе вокруг великой книги И. Эренбурга «Люди, годы, жизнь», которая для россиян приоткрыла «железный занавес». Но книгу эту Мария не только прочитала: она ощутила масштабы личности ее автора, ее историческую ценность. И у будущего автора фильма (физика по профессии), возникла естественная мысль: разобраться в том, что в личности Эренбурга — легенда, а что — истина.

Документальный фильм «Разведка боем. Встреча с Эренбургом» был показан 6 февраля 2011г. в общинном центре Shorefront Y в рамках программы, посвященной И. Г. Эренбургу — писателю, поэту, переводчику, публицисту, фотографу и общественному деятелю. После демонстрации фильма Мария Герштейн участвовала в его обсуждении со зрителями, в том числе и теми, кто когда-то встречался с Ильей Григорьевичем и сохранил об этом яркие воспоминания: С. Мазлер, А. Раухвергер и другие.

Трудно отыскать в истории русской культуры прошлого века фигуру более противоречивую, чем Эренбург. Поэт по призванию, автор прекрасных лирических стихов, он стал широко известен не поэтическим творчеством, а романами и повестями. Со временем он сосредоточил основное внимание на военной публицистике. Статьи Эренбурга становились шедеврами этого жанра. Ему удалось пройти через все кампании сталинской охоты на интеллигенцию, включая «большой террор» второй половины 30-х годов и антисемитский поход, связанный с преследованиями Еврейского антифашистского комитета и «делом врачей» после войны. Более того, этот еврей и космополит по своим убеждениям и художественным вкусам получил Международную Сталинскую премию мира в самый разгар разнузданной антисемитской кампании в СССР.

Находившийся под незримым и весьма опасным покровительством «гения всех времен и народов», он не стал сталинистом в полном смысле слова, осмеливался не произносить раболепных и позорных восхвалений по адресу диктатора. А всего лишь через несколько месяцев после его смерти написал повесть «Оттепель», название которой вошло в словарь обществоведов всего мира разных направлений в качестве определения нового периода развития, в который вступил СССР. Одна из загадок Эренбурга — в том, что он смог занять столь высокое положение в официальном советском истеблишменте, совершенно не отказываясь от своего еврейства, более того, многократно его подчеркивая.

С трагическими судьбами евреев в годы Второй мировой войны, с их выживанием во времена откровенного разгула советского антисемитизма и после ухода в небытие кровавого диктатора Эренбург был связан сильнее, нежели любой другой советский общественный деятель-еврей этой эпохи. В коротком — около часа — фильме Мария Герштейн, естественно, не могла коснуться всех сторон жизни Эренбурга, да и не ставила себе такой задачи. Режиссер попыталась доказательно рассказать о той, многим казавшейся «подозрительной» роли Эренбурга в судьбе советских евреев, которых Сталин намеревался уничтожить.

Живя в Бостоне, Мария нашла очевидцев, рассказы которых и составляют главное содержание ее фильма. Это живущий тоже в Бостоне известный поэт Наум Коржавин; это представитель московской интеллигенции поколения 60-х годов ХХ века Гарри Заславский, озвучивший ее настроения тех лет. Это американский писатель Джошуа Рубинштейн, перу которого принадлежит книга «Клубок верности», где собран материал о роли Эренбурга в спасении советского еврейства накануне смерти Сталина. Наконец, это ведущий современный эренбурговед, петербуржец Борис Фрезинский.

Говорит Мария Герштейн: «Идея фильма «Разведка боем... » зародилась у меня, когда я слушала блестящую лекцию Б. Фрезинского об Эренбурге и противоречивости его фигуры. Фрезинский приехал в Бостон по приглашению Гарвардского университета. Имя Эренбурга часто вспоминалось в нашей семье. У нас дома Джошуа Рубинштейн представлял свою замечательную книгу, он и познакомил нас с Фрезинским. Борис Яковлевич по образованию физик, но настоящей его страстью с юности была история литературы».

Б. Фрезинский, которому дочь Эренбурга Ирина завещала архив отца, основываясь на подлинных документах и свидетельствах, рассказал, в частности, об истории пресловутого письма, написанного «вождю народов» группой советских евреев под давлением сталинской верхушки, в котором они призывали покарать «убийц в белых халатах». Эренбург, который по замыслу власти должен был быть в первых рядах «подписантов», письмо не подписал, подвергнув себя смертельной угрозе. Он понимал, что речь идет об «окончательном решении еврейского вопроса» Сталиным. И Илья Григорьевич повел себя умно и расчетливо, затеяв переписку со Сталиным и перехитрив его. Результатом этого стало другое письмо, более нейтральное. Но главное, это помогло существенно затянуть историю с публикацией письма в «Правде», а тем временем кровожадный гений злодейства благополучно «почил в бозе».

Б. Фрезинский в фильме рассказывает и о логике поведения Ильи Григорьевича, когда перед войной он решился возвратиться в СССР: только что опубликовав «Падение Парижа», Эренбург не мог оставаться во Франции, но, с другой стороны, он, как никто, понимал, что в СССР его может постигнуть судьба только что расстрелянных Бабеля и Мейерхольда. «Конечно, Эренбург — противоречивая фигура, — продолжает Мария. — Но говорят же, что камни летят в ту яблоню, на которой много яблок, а Илья Григорьевич сделал для людей столько, будто прожил несколько жизней. Камни летели в него при жизни и летят после смерти. Многие забывают или не знают, какую огромную роль играл Эренбург во время Второй мировой войны, не понимают, что без его вмешательства советские евреи, вероятно, были бы высланы в Сибирь».

Наверное, не на все вопросы ответил фильм Марии Герштейн и ее мужа, Михаила, автора сценария. Но гораздо важнее то, что состоялась действительно волнующая, интересная и запоминающаяся встреча с Эренбургом.