Опасное путешествие за правдой - Война в Украине глазами американца

Когда в конце мая Ноа Сентроне помогал клиенту в магазине Verizon на Верхнем Ист-Сайде, то обмолвился, что вскоре поедет в отпуск. На вопрос, куда именно, он ответил: «В Украину».

Сентроне никогда раньше не был в этой стране, и его семья умоляла не совершать такую поездку. Некоторые в дни перед отъездом открыто говорили, что считают его поступок самоубийственным. Но Сентроне чувствовал, что обязан отправиться в дорогу, чтобы своими глазами увидеть войну России с Украиной. 
«Все видят руку, тянущуюся к ним за помощью, и все, что мы делаем, — фотографируем эту руку и говорим, что кто-то должен оказать поддержку, — сформулировал он впечатление от репортажей, которые видел за минувшие годы. — Но на самом деле нам нужно взять такого человека за руку и помочь ему подняться».
Сентроне никогда не был в зоне боевых действий и не является журналистом по профессии, но был готов запечатлеть то, что увидит в регионе, для которого Государственный департамент установил 4-й уровень опасности, рекомендуя туда не ездить.
По его словам, все родственники и знакомые думали, что он лишился рассудка. «Но я предпочту оказаться в ситуации, грозящей мне смертью в молодом возрасте, ради самореализации и стремления к правде, — объяснил Сентроне. — Это лучше, чем прожить очень долгую жизнь с чувством, что ты ничего не совершил». 
Получив официальную аккредитацию через «Медиацентр Украина», он нанял проводника, чтобы тот помогал с переводом, налаживал контакты и был гидом, на что в целом ушло около 6 тысяч долларов. 
Первая же ночь в Киеве сразу дала понять, где ему пришлось оказаться. Из своего гостиничного номера Сентроне слышал вой сирен, звуки запускаемых ракет и взрывы. «Я схватил одеяло и положил в ванну, — вспоминает он. — Утрамбовал его, взял еще одно, поменьше, и несколько подушек и спал в ванне той ночью. Там я был в определенной безопасности — по крайней мере, мне так казалось».
Каждый день Сентроне выходил, чтобы знакомиться с жизнью украинцев. Он стал свидетелем того, как военные эвакуировали женщину и ее пятерых питомцев. В ее доме было слишком опасно оставаться, так как линия боевых столкновений приближалась. Но в итоге она смогла взять только двух своих собак, а другая и две кошки убежали. На одном из записей видно, как одна из собак вырывается из рук, несмотря на усилия хозяйки поймать ее. 
«Можно было ожидать, что в такой момент человек будет плакать, но это были не слезы — на ее лице был страх, — вспоминает Сентроне. — Этой женщине было известно то, чего я, возможно, не понимал в полной мере: пока мы не уедем из этой части города, то не будем в безопасности». В какой-то момент, по его словам, земля слегка дрогнула. Он поднял голову и увидел дым, поднимающийся от здания вдалеке.
Во время поездки у пассажира на переднем сиденье было устройство, отслеживающее российские дроны. На выезде оно подало звуковой сигнал о том, что поблизости находится летательный аппарат. «В тот момент я даже не думал о том, насколько реальна опасность, — признался Сентроне. — Прибор пищал, но я был больше сосредоточен на том, чтобы записать историю эвакуируемой и попытаться запечатлеть ее».
В другой раз он был на передовой с украинскими солдатами и прятался в узкой лесопосадке рядом с танком, который вел огонь. «Нам сказали приоткрыть рот, потому что звук выстрела настолько громкий, что может повредить барабанные перепонки из-за калибра орудия», — рассказал Сентроне.
Солдаты предупредили его, что они находятся в зоне поражения любого российского оружия. «Каждый телефон должен быть в режиме полета, — сообщили ему военные. — Достаточно засечь подключение к мобильной связи, чтобы отследить местоположение и нанести удар по этой территории».
В ту ночь по ним не стреляли, да и в основном Сентроне не был на передовой, а уделял больше внимания жизни гражданского населения. Он посетил, к примеру, школу, расположенную под землей, где можно было создать ощущение нормальности. «Ребенка нельзя отпустить в парк, чтобы он поиграл, ведь неизвестно, что может случиться, — добавил он. — Но, по крайней мере, в школе есть это чувство безопасности, и дети наконец-то могут быть самими собой».
Сентроне запечатлел, как студенты колледжа убирали после того, как накануне ракета попала в их общежитие. «Все утверждали, что такие ситуации уже стали частью повседневной жизни, — отметил он. 
В некоторых городах действует ночной комендантский час, но Сентроне отправился посмотреть, какова вечерняя жизнь в Харькове. «Люди танцуют, все смеются, и это полностью уносит тебя от того места, где ты живешь, — подчеркнул он. — Но около 10:30 p.m. бары закрывают в преддверии комендантского часа, начинающегося в 11 p.m. Некоторые остаются на «подпольные» посиделки, которые продолжаются до 5 a.m., когда заканчивается комендантский час. Мне очень хотелось увидеть эту культурную сторону происходящего».
Итак, он ходил на вечеринки, продолжавшиеся до рассвета. «Я никогда в жизни не видел ничего подобного, — признался Сентроне. — Примерно в 2 a.m. посетители расселись и достали полный чайный сервиз».
Теперь ему хочется, чтобы американцы смогли заглянуть в душу людей, с которыми он познакомился. «Я никогда в жизни не чувствовал такой связи с другими», — резюмировал Сентроне, который уже планирует вернуться в Украину в следующем году. Но перед этим ему предстоит смонтировать из нескольких часов видеозаписей документальный фильм, чтобы разместить его в блоге на сайте TheUnderground-Journalist.com.
Анастасия Кузьмина

ID 52041365 © Georgiy Mykhalchuk | Dreamstime.com